Category: еда

MUSE

Первый раз лилипутов я увидел, когда мне было лет, так думаю, шесть. Вряд ли больше. Шел мимо клуба, а там на афише прямо так и написано – выступает «Цирк лилипутов». И сразу ясно – надо идти.

Мальчик я был грамотный. Книжку про Гулливера тогда, наверное, еще не прочел (хотя как знать), но фильм видел и теоретически был подкован. Прибежали с друзьями пораньше, чтобы занять место в первом ряду.

Говорю же – умный был. Лилипут он ведь маленький. Сколько там? Два? Три сантиметра? А у нас от первого ряда только до сцены было метра два. Сама сцена не меньше полутора метров высотой. И в глубину еще метров десять – до экрана. Это значит, чтобы было где развернуться участникам художественной самодеятельности. Хор еще ладно, хотя когда орут в три ряда и все такие дородные, кровь с молоком, а последний ряд так еще и на табуретках, то десять метров уже не так устрашающе выглядят. А когда танцы народные, парами вприсядку, так и вовсе мало. В общем, первый ряд, самое оно.

Занавес разошелся и на сцену вышел мальчик-подросток со странным лицом. Он посмотрел многозначительно на часы и каким-то странным писклявым басом объявил о начале представления. По пути еще чуть пошутив. Видимо остро, но непонятно.

Я сидел, ждал лилипутов.

Вышел другой мальчик, повыше, и стал показывать незамысловатые фокусы. Не так ловко как в телевизору Арутюн Амаякович Акопян, но тоже неплохо. То у него обручи сцеплялись-расцеплялись, то платки какие-то из рукава вылетали цветастые. Загадочно.

Я сидел, ждал лилипутов.

Потом вышли две девочки и стали вертеть разную акробатику. Потом к ним присоединился мальчик и начал их по очереди подбрасывать. Потом кто-то чем-то жонглировал, прыгали, танцевали, вроде даже пели. Кошек за тигров выдавать не пытались, и то хорошо. Но мелкие собачки у них там через обруч прыгали.

Я сидел, ждал лилипутов.

И лишь на половине представления мне в голову начала приходить страшная догадка. Вот эти дети с морщинистыми лицами и есть лилипуты! Вот эти здоровые лбы, которые там все минимум на полголовы выше меня, а акробат так и на целую голову. Лилипуты – это они есть!

И я понял, что меня наебали.

Collapse )

Оттепель

Вот смотрю я на нынешнюю гонку запрещений и думаю. А что если разом взять и запретить вообще ВСЕ? С утра принять сразу в трех чтениях закон, в обед утвердить советом федерации, вечером подписать. Вступает в силу немедленно. Это не сложно – там ведь буквально и будет одно предложения. «В целях бла-бла-бла в Российской Федерации запрещается все». Дата. Подпись.

Закон будет опубликован в последнем номере «Российской газеты», потому что «Российская газета» тоже будет запрещена. Народ конечно припухнет и на всякий случай останется сидеть по домам, что конечно будет нарушением закона, потому что припухать и сидеть по домам тоже запрещено, но на это власть будет готова некоторое время смотреть сквозь пальцы.

А затем дума в рабочем порядке начнет все разрешать.

Разрешит «Российскую газету». Разрешит сидеть дома и припухать. Разрешит не сидеть дома и даже ходить по улицам, но на первое время не более чем по двое. Разрешит телевизор (не более двух каналов в одни руки). Разрешит краснодарские помидоры, турецкие лимоны и китайскую свинину. Кинофильмы из закрытого списка министерства культуры и политинформации в школах. Сами школы тоже разрешит. Разрешит блинные, пельменные, чебуречные и шаурму. Даже Макдональдсы разрешит при условии, что те будут готовить только пельмени, чебуреки и шаурму. Разрешит ходить на работу (а кое-кому даже получать зарплату), гулять до девяти вечера, посещать церковь. Разрешит обращаться в поликлиники при наличии справки от врача. Разрешит радио, автомобили и котиков. Разрешит… Ну в общем постепенно разрешит более-менее все, но вдумчиво и без суеты.

Процесс этот будет конечно долгий, но зато он на много-много лет гарантирует нам сплошную оттепель, либерализацию и непрерывный поток сугубо положительных новостей.

Почему француженки не толстеют

Неторопливо и с чувством поедая на улочке Сен-Бенуа второй за поездку тартар, я понял, почему французы такие худые.

Выбросьте на помойку все эти вредительские книжки «Почему француженки не толстеют» и прочие псевдоинтеллектуальные рассуждения. Забудьте про якобы целебную силу красного вина, пользу трехразового питания, ранний обед и поздний ужин. Не верьте рассказывающему вам об «особом» отношении французов к жизни. Это все лоховство и разводилово. Слушайте лучше меня.

Французы не толстеют, потому любят есть.
Есть французы любят в кафе и ресторанах.
Вот поэтому они не толстеют!

Запишите себе где-нибудь. Пригодится.

Не очень понятно? Ну, хорошо, я поясню.

В подавляющей части французских ресторанов и кафе туалет расположен в подвале. В подвал почти всегда ведет узкая спиральная лестница. Когда я говорю «узкая», я не имею ввиду, что можно руками дотянуться до противоположных стен. Я имею в виду, что там даже тонкий человек пролезает с трудом. Средний человек – с большим трудом. Толстому же сходить в туалет - вообще без вариантов. Нет, вниз, наверное, можно чисто теоретически попасть, если очень приспичило. Вниз – проще. Всегда можно попросить других гостей заведения потолкать вас в спину. И даже где-то с разбега, всем коллективом. Персонал тоже обладает полезными навыками трамбовать ногами в прыжке, держась руками за перила или потолочные балки. Сила всемирного тяготения, в конце концов, тоже на вашей стороне. Вниз – можно.

Вверх нельзя.

Попав вниз, полный человек вынужден разыгрывать сценку «Винни-Пух в гостях у Кролика». Справив естественные потребности, ему остается только смотреть жалостливо на отблески дневного света далеко вверху, завистливо слушать смех гостей и звон бокалов, жалостливо плакать над своею пропащей жизнью. И так - неделю, две или сколько там понадобится просидеть в темном и сыром подвале, пока он не потеряет достаточно веса и объема, чтобы протиснуться по лестнице обратно вверх. На свободу он выходит уже совсем другим человеком. Расположенным к умеренности и регулярным занятиям спортом. Кому-то одной такой посиделки бывает достаточно, чтобы затем всю жизнь сохранять приличную форму. Кому-то могло потребоваться и несколько. А самые упорные – те просто вымерли. Причем давно. Их косточки еще прошлые поколения официантов собрали и тихо вынесли ранним утром на помойку. Все. Естественный отбор во всей своей красе и мощи. А вы – книжки!

Там же, где туалеты по какому-то недосмотру не в подвале, они все равно такого размера, что даже я протискиваюсь исключительно боком. Таким образом любой традиционный сортир во Франции – это ловушка, мышеловка. Мордушка на большую рыбу. Это фильтр, гарантирующий здоровое будущее целой нации. Простой, но гениально эффективный.

Collapse )

Онищенко и пиzдестыды

Возник тут в оффлайне разговор, в ходе которого меня попросили аргументировать мою некоторую нелюбовь к главному санитарному врачу Онищенке. Аргументирую.

Давайте рассмотрим деятельность нашего Гигиененфюрера хотя бы на примере последних разборок с Белоруссией. Батька заарестовал в заложники какого-то российского олигарха. Онищенко тут же выступил с грозными предупреждениями, что, дескать, треть молочной продукции, поставляемой из Белоруссии "не соответствует требованиям качества и безопасности". Формулировка пока крайне обтекаемая. Что с продуктами не так, что в них такого вредного, не понятно. Но ясно, что если олигарха отпустят, то дело спустят на тормозах. Не отпустят – сразу найдут и антибиотики, и гормоны роста, и ГМО, и крысиный яд. Ровно как это было с винами из Грузии и Молдавии, водой «Боржоми» или украинским конфетами. Как только у нас с кем портятся отношения, так Онищенко моментально находит в их продукции всю таблицу Менделеева с предпочтением тяжелым металлам.

Тут может быть два объяснения. Первое: все эти пиздецыды содержались в запрещаемой продукции и ДО обострения, но Онищенко ее не запрещал, потому как «друзья». А мы спокойно ели и пили всю эту отраву, потому как на нас Онищенке забить. Второе: никаких пиздецыдов в продукции нет. И не было. Продукция хорошая, экологически чистая, но ее запрещают, потому как «враги». Мы в данной картине мира снова остаемся неучтенными. Но что при первом, что при втором варианте веры Онищенке нет никакой. Абсолютно. А если ему нет веры там, то ему нет веры и тут. Откуда мы знаем, что его внутренние инициативы так же не продиктованы некими "высшими" соображениями? Временными победами одних борцовых нанайских мальчиков под кремлевским ковром над другими? Ниоткуда. Мы только знаем, что если некий подросток как подрезанный орет «волки», не затыкаясь, то доверие к нему постепенно снижается.

Collapse )

Jiro Dreams of Sushi

Посмотрел тут документальный фильм «Мечты Джиро о суши». Говорю сразу – русского перевода нигде не видел. Есть на трекерах с английскими субтитрами. Сам фильм на японском. Говорят не очень много – уровня владения «со словарем» может оказаться вполне достаточно.

В далеком городе Токио есть небольшой ресторан, принадлежащий Sukiyabashi Jiro. Распложен он в подземном переходе рядом со станцией метро. Весь ресторан – десять табуреток вдоль деревянного прилавка. Бронировать табуретку нужно за месяц.

Подают исключительно суши. Никаких закусок, аппетайзеров, десертов. Суши и только суши.

У ресторана три мишленовских звезды.

Три.

Т.е. ресторанов такого уровня менее сотни во всем мире.

Самому Джиро 85-лет. Готовкой он занимается последние 75. Он не ходит в отпуск, практически не берет выходных. Он готовит суши. Каждый день. Только суши и ничего больше.



Собственно весь фильм об этом и есть. Делай свое дело день за днем. Месяц за месяцем. Год за годом. Лет через десять, глядишь, и начнет что-то получаться. Через двадцать придет признание. Через 50 слава.

Ищи способы совершенствоваться – они есть всегда. Соревнуйся не с конкурентами, не с соседом, а с собой вчерашним. Всегда старайся превзойти себя же. И только себя.

Не разбрасывайся. Сосредоточься на одном. На главном. Стань лучшим.

Любое дело можно превратить в искусство. Более того – нужно превратить. А иначе зачем все?

Сона, Дижон, улитки и лягушки

Прилетать во Францию не правильно. Во Францию правильно приезжать. Лучше на лошади, с саблей и в папахе. Склоняясь с нее (с лошади) к французам и говорить им bistro-bistro, подкручивая ус и зыркая глазом. В смысле – наливай! Что характерно – могут и налить. Отношение к русским хорошее, причем в основном еще из-за Первой Мировой. Там в каждом провинциальном городе стоит памятник героям именно WW1, а часто и русским солдатам. О Второй – ни намека, типа и не было ее. Что, учитывая сногсшибательный стратегический успех линии Мажино, по-человечески понятно.

Пересекая границу, ждал, что вот сейчас что-то случится, снизойдет благодать, отверзятся небеса, и хор ангелов грянет приветственную Марсельезу. Но произошло все буднично – вот канал, а на другом берегу уже Франция, которая и от Германии сильно не отличается, только язык вывесок меняется. А что хотите – Эльзас. Но чем дальше в лес, тем толще партизаны. Пейзаж за окном постепенно менялся. Вот уже и домики пошли другие. Не свежевыкрашенные с яркими красными крышами, а отштукатуренные специальным желтоватым раствором, который уже на следующий день выглядит так, будто ему лет 100, придавая дому благородный исторический осадок. Крыши поблекли до желто-коричневого цвета. В двориках резко добавилось цветов с упором на розы. Коровы сменили окрас. Если в Баварии они белые с черными пятнами, в Баден-Вюртемберге белые с рыжими пятнами, то во Франции они просто белые. Или очень чистые. Лошадей много. Сказывает мушкетерская наследственность.

Эльзас плавно перешёл в Бургундию. Все, что знаю о Бургундии, подчерпнул из очень хорошего исторического фильма «Тайны Бургундского двора» с Жаном Маре. Знаю, что в средние века был у них герцог, тот еще гандон, который постоянно злоумышлял против законного короля Франции. Был богаче, бойцов у него было больше. Короля натурально опускал. Но у короля был Жан Маре, который герцога и зарезал. Справедливость восторжествовала.

Моторка стоит на пристани в городе Сан-Жан-де-Лон. Там много моторок стоит. Круглый год. Пол городского бизнеса на том и держится. Моторки принадлежат в основном англичанам. Приедет хозяин пару раз в год, поплавает по рекам и каналам, попивая вино и закусывая сыром, а потом снова зачехляет. А то и не плывет никуда. Недалеко от нас на причале стояла лодка. Так хозяин выходил с утра, садился на палубе, пил колу и читал газету. После обеда читал книгу и пил белое. Вечером ничего не читал и пил красное. Утром я видел его выносящим пустые бутылки, а потом все повторялось. Действительно… «Удочки не брать, из автобуса не выходить». Моторки даже никто не охраняет! Закрыл на ключи дверь внутрь и уехал на год. Приехал – все цело.

Моторка снаружи Внутри Пристань Гнездо

Лодки разные. Простенькая железная без особой отделки стоит от полтинника. Хорошая - уже больше ста. А тысяч за 300 можно взять баржу больше 20 метров длинной и несколькими комнатами, полностью нафаршированную. С такой баржей и дом не нужен. Плавай из города в город, причаливай и живи. Что, например, Пьер Ришар и делает. А в каждом городе есть пристань, как правило, в центре. В общем, в жизни моей появилась цель. Баржу не баржу, а что-нибудь такое метров на 15…

Мы между тем зашли в магазинчик, набрали сыра, мяса, приправ, сыра, хлеба, вина, воды, сыра. Наткнулись на полку с пивом. Пиво было французское. И не просто французское, а именно бургундское. Да еще и нефильтрованное. Как старые пивных дел дегустаторы, подошли со всей серьезности и взяли всякого по одной – темного и светлого, крепкого (до 8 градусов) и легкого. Вышло бутылок пять разных. Только бросив пакеты, взялись дегустировать. Тут-то шаблон и разорвало. Французское пиво оказалось лучше немецкого! Никогда бы в жизни не поверил, что такое возможно. Плюнул бы в глаза человеку, который только посмел такое предположить. А вот. Как теперь жить-то?!

Надегустировавшись всласть, завели и мотор и под «Из-за острова на стрежень», вырулили на Сону. Хорошо! Как говаривал Маяковский. Хорошо! Лодка дает километров 14-15. Плюс такой же скорости ветер навстречу. Стою на носу. Гордо повернувшись профилем к берегам. Ветер развивает пышную шевелюру длиной в три сантиметра. По берегам гуляют коровы. Люди рыбачат. Одни просто так, вторые – правильно: поставили палатки, тент, под тентом столик, на нем вино и закуски. Все как у людей. «Чего там уметь? Наливай – да пей!». Река вообще богата живностью. То рыба играет. То лебеди прямо стаями кружат. То цапля. То зверь какой-то мимо проплыл – не то выдра, не то ондатра, не то бобер. Мощно так – у нас аж лодка от волны закачалась. Поплавав, нашли место поуютнее и встали. Привязавшись к деревьям на берегу. Что характерно, глубина сразу у берега пять метров! Это я понимаю.

Стас кинулся ставить удочки. К двум привязал колокольчики, по сути превратив их в закидушки. Осторожно оглядевшись, достал и шустро закинул два экранчика. «Люблю Францию, - говорит. В Германии даже плюнуть в простоте не возможно, не нарушив правил. А тут все всем по хую, главное – другим не мешать. Свобода!» За Либерте и выпили. А чтобы два раза не вставать, то сразу за Фратерните и Олиготе. Пожарили мяса, сварили макарон. Ну как сказать мяса. Телятина – розовая и почти прозрачная. Втроем слопали килограмм стейков. Достали Гленфиддик 18 лет от роду. Тут уже и темнеть начало. Звезды полезли. Красота.

Я вот, что особенно не люблю. Когда виски в баре. В Европе сейчас вообще распространилась страшная чума – они виски наливают порциями по 20 грамм. Как в той сказе – по усам текло, а в рот не попало. Натурально - все на стенках стакана остается. Какая падла это придумала?! Да если вдуматься, 40 грамм тоже не комильфо. И лед кидать в хороший вискарь пошло. Да и вообще покупать малыми дозами, как-то это проституцию напоминает. Крепкие напитки надо брать бутылками! А вот когда плеснешь полстаканчика, от души. Откинешься в кресле, глядя на природу. И сидишь, прихлебывая, не торопясь. А как кончилось – еще полстакана. Это правильно! А если при этом закурить сигару (в этом месте Стас притащил коробку толстенных сигар), то понимаешь, все – не зря было. И жизнь ты прожил правильную, раз уж тебе в этой так воздается, то в следующей будет вообще зашибись. Вечер прошел просто замечательно.

Утром проверили экранчики и удочки. В одном застрял карась. Прочитали ему лекцию по основам Гражданской самообороны и отпустили. Только собрались завтракать, а за боротом сом. Сука, просто ОГРОМНЫЙ. Точно больше метра, а то и все полтора. Я давай метаться – искать фотик, Стас уже нож схватил и хотел за борт прыгать. Но не успел - сом ушел в глубину. Место крепко запомнили. Стас поклялся вернуться. Стали планы строит. На удочку такую Годзиллу взять сложно. Динамит, электрошокер, гарпун. Набор юного браконьера. А буквально на днях Стаска отписал – поймал он сома! Не того монстра, а поменьше – на четыре кило. Видимо, сын или младший брат. Как только пришлет фотографию – сразу выложу.

Утром вернулись в город. Поставили лодку на прикол, прыгнули в машину и рванули в Дижон. Это столица Бургундии (см. герцог – душегуб). Город крайне понравился. Что особенно запомнилось - храмы. У немцев тоже есть, но меньше числом в разы. А тут на полтораста тысяч обитателей (это сейчас – когда строили соборы было меньше в разы) четыре больших собора и много маленьких. Самый главный немудрено называется Нотр Дам. Музеев куча, и вход везде бесплатный. Местами так развалины еще от римлян остались. Сели перекусить. В чем французы знают толк, помимо вина, сыра и пива, так это в соусах. Главное - чтобы блюдо было с соусом. Тогда, независимо от размера кусочка мяса внутри, хлебушком можно насобирать и тем наесться от пуза. И будет вкусно. Обшарив центр Дижона, вернулись на лодку. Решили на ней снова заночевать. ЗЫ. Фото из Дижона тоже в другой раз, а то текст получается перегруженный.

Вечером пошли в кафе. Ужинать. Проводить на себе гастрономические эксперименты. Как врач, который привил себе холеру, я заказал сразу и улиток, и лягушек. Чтобы два раза не рисковать. А если случится что плохое, то чтобы сразу. И не мучиться. Заказ принимала симпатичная официантка, которая сперва с нами говорила по-английски, а уже во второй подход к столику включила дурку «моя твоя не понимай». Стас объяснил, что у французов это вообще популярная фишка – имитировать незнание других языков, хотя гады хитрые прекрасно говорят. Типа все истинно цивилизованные люди должны хоть немножко знать французский. Минут через 20 принесли заказ. Зажал панцирь улитки специальными щипчиками, выковырял моллюска специальной вилочкой и, осенив себя широким крестным знамением, отправил в рот. Соус вылил на краюшку хлеба и закусил им. О*УЕТИТЕЛЬНО!

Продолжил трапезу лягушачьими лапками. Улитки все-таки вызывали меньше опасений. По сути он - те же мидии, только панцирь другой системы. А земноводных жрать пока не приходилось. Т.е. если идти по отрядам позвоночных, ел рыбу, птиц, млекопитающих. Все ели, и я ел. Теперь вот оскоромился и земноводными. Собственно остались только рептилии. То бишь крокодилы и змеи. Но там уже опасно. Там еще кто кого съест – вопрос. Я их, или наоборот, учитывая разницу в размерах. Ах да, о вкусе! Да ничего особенного – немного напоминает куриные крылышки.



Такие гастрономические эксперименты пробуждают в людях все самое плохое. Любит, скажем, человек говядину. Где ее взять? Только в магазине или на рынке. Коров на ферме охраняют. Сигнализация, «осторожно злые собаки», колхозники с двустволками. А любит человек улиток и лягушек? Это же кошмар. В выходные он делает вылазки на природу, нанося последней невосполнимый урон. Прыгает по мелководью с сачком по ночам, что твой Дуремар. Шуршит в камышах. Совершает после дождя набеги на луга. Душевные травмы окрестным детям причиняет. Прочитают ребенку в садике сказку про царевну-лягушку, а в субботу папа режет этим самым лягушкам лапы, варит и жрет, причмокивая. И только сок стекает по подбородку. А придет однажды Иван-царевич, расколдует поцелуем – хуяк, а у Василисы ног-то и нету! Здравствуй, Ваня! Детская психика от такого ломается, как хворост. Неа, не наши методы. Только во Франции, только уже приготовленных, оставляя черную работу другим. Остальное время смирять в себе огонь чревоугодия.

Как истинные дворяне-аристократы возвращались с чувством легкого голода. На лодке откупорили вторую бутылку Гленфиддича и снова достали сигары. Только выпили и закурили, что тут началось! Со всех сторон давай орать жабы и лягушки. Такой яростный хор давали, что явно не спроста. Как будто они с одной стороны оплакивали своих родичей, безвременно погибших и похороненных в наших желудках, а с другой яростно укоряли нас в их смерти. Думали, щас в атаку пойдут. Гигантскими прыжками. Помню, фильм какой-то был, там в конце лягушки с неба падали. Только они не падали, а высоко и далеко прыгали. Смерть приходит с неба. Так и тут. Есть подозрение, что вокруг еще и улитки орали, только их не слышно.

Но второй вечер на лодке я вообще полностью проникся. Сидеть вот так вдали вообще от цивилизации. Ни телевизора, ни интернета, ни политики. Река, небо, виски в стакане, сигара в руке. Все эти восточные медитации придумали нищие тибетские монахи, просто потому что ничего из перечисленного у них не было. А снабди в свое время Будду 18-летним односолодовым, да кубинской сигаркой, думается, отдельные буддистские практики выглядели бы несколько иначе.

Теперь по итальянской кухне в Праге (и не только)

Пицца Колоссеум
Раньше была одна (о ней и расскажу), теперь стало, по меньшей мере, три, причем расположены в самых модных местах, в центре. Не ходите! В той, что я был, мгновенно пробила ностальгия. Как будто снова в Москве оказался. Дорого, пафосно и не вкусно. Пиво – Козел, вино дорогое, края у пиццы сухие. А понтов - мама не горюй! У меня жена вообще вывела формулу, как отличить хорошую пиццу от плохой. Хорошая – это та, которую съедаешь полностью вместе с краями. Плохая – та, от которой остаются объебки.

Пицца Нуово
Дороговато несколько, но того стоит. Самая лучшая паста в Праге, что смогли найти. Брали всякие разные, и все были вкусные. Из минусов – пиво только бутылочное, зато неплохой выбор вин. Само место просто огромное и оформлено в современном стиле. Внизу висит схема зала, где лампочками показаны свободные и занятые столы – удобно. В общем, за пастой – сюда.



Кмотра (Крестная мать)
Маленькая и очень старинная пиццерия – лет за триста ручаюсь, скорее гораздо больше. Если в Нуово надо есть пасту, то есть пиццу надо идти к Маме. Вау! Маленький зал вверху, два средних в подвале. Посредине печь, в которой и жарят. Без пошлого электричества, как положено - на огне. Пиво тоже только в бутылках. Кроме пиццы еще очень хорошие салаты огромными порциями, супы, закуски. А еще – дешево! Средняя цена на пиццу (так, что обожраться) – всего 120-130 крон, т.е. меньше 200 рублей. Только никому про это место не говорите, а то набегут…



Collapse )

Моя жизнь в театре

Отношения мои с Театром не очень сложились.

Читаешь, бывает, про новаторские постановки, хороших актеров, гениальных режиссеров, и думаешь – а давай-ка сходим. Достаю из шкафа чехол, из чехла – Костюм, Галстук и Рубашку, из коробки – Ботинки. Жена принаряжается, и с достоинством так, под ручку отправляемся. А уже после первого действия, под покровом антракта вырываемся на свежий воздух. То нудь какая, то «Амадей» с юмором в стиле Евгения Вагановича, то еще что. Или вот был случай – захотели сходить на «Трехгрошовую оперу» в «Сатирикон», пошел – купил билеты – и только накануне выезда обнаружил, что билеты в «Театр Сатиры». Ну, кто знал, что там тоже идет? И названия похожие. В общем, уже больше двух лет как завязал, раз такое дело, решил спокойно помереть дураком. Но вот почему так?!

Я думаю, Театр мне просто мстит. За 90-ые годы.

Когда я был еще маленький, и еще не стал потомственным москвичом, я учился в Университете родного города. И где-то курсе так на четвертом мы открыли для себя Театр! Краевой драматический, имени Василия Макарыча. И где-то за два последних курса мы прошли по всему репертуару буквально ковровой бомбардировкой.

Театр, честно скажу, был средненький. Реально хороших постановок было штуки полторы. Но в театре был Буфет! А поскольку зал был обычно полон, дай бог, на четверть то и выйти в этот буфет можно было тихо и не заметно, не мешая остальным любителям прекрасного. В буфете наливали коньяк, водку и другие вкусные и полезные напитки. Делали прекрасные бутерброды. А главное – водку не палили и держали настолько гуманные цены, что даже с учетом расходов на билет поход в буфет крыл любое кафе как Шекспир Шатрова. При этом кругом культура, люди приличные, хрусталь с гранитом, ковры. В греческом зале, в греческом зале. Да и мы вели себя прилично. Интересный спектакль – буфет посещаем только до, после и в антракте. Не интересный – бывало, выйдем и во время действия. Пока один раз не увлеклись.

Постановка выдалась просто на редкость талантливая – смотреть было физически невозможно. Что-то по Островскому. И мы в буфете подзависли. Было нас пятеро. Театралов.

Театралы номер 1 и 2 добрались до общаги, которая была назначена местом продолжения банкета, без происшествий. Правда, пусть вместо положенных 15 минут занял у них часа полтора, и как именно пролегал, они ответить затрудняются.

Театрал номер 3 зачем-то сел в автобус. Поскольку на улице была обычная зима, градусов на 20, в тепле его сразу разморило, и он прикемарил. Проснулся в автобусном парке. Дело привычное – не в первой. Он вообще шустро соображал. Направился к дверям, которые на счастье были открыты, и смело шагнул вперед. И тут земля в буквальном смысле слова ушла у него из-под ног. Догнал он ее в полутора метрах ниже положенного уровня – автобус загнали на эстакаду. Был бы трезвый – убился бы или сломал ногу, а так отделался легким испугом.

Театрал номер 4, а именно – Я, тоже пошел в общагу, но умудрился заблудиться посреди насквозь родного города. Обнаружил я себя на улице многоэтажек. Вычислил, которая из них должна быть общагой и направился к ней. Дом было обычный – жилой. Шустро проскользнув внутрь, похвалил себя за ловкость, с которой прорвался мимо занудной бабки на вахте (даже не заметив, что не было ни бабки, ни вахты), поднялся на четвертый шаг, уверенно нашел нужные секцию и комнату и начал туда настойчиво стучаться. Очень удивился раздавшемуся из-за двери чужому голосу, с некоторыми угрозой и удивлением уверившему меня, что никакого Лехи тут не проживает. Тут я внимательнее огляделся вокруг, и пришло страшное подозрение, что я несколько не прав. На улице было темно и холодно, куда идти, я тупо не знал, поэтому присел на ступеньку собраться с мыслями. Через пару часов вышел таки на улицу и, руководствуясь древним инстинктом, которым кошки и собаки всегда находят путь домой, плюс ориентируясь на звезды буквально за 10 минут безошибочно вышел к пункту назначения, где меня уже ждали 3 предыдущих любителя прекрасного. А минут через 20 объявился и последний.

С ним случилась самая дикая история. Когда он пришел в себя, над ним расстилалось самое яркое в его жизни звездное небо, под его ногами раскинулся как на ладони сверкающий огнями город. Полюбовавшись на такую красоту минут несколько, он задался логическим вопрос, а собственно идея нахожусь. Ноги стояли на тонких трубках, руки сжимали толстую железную трубу. Была это елка на самой главной площади. Не настоящая – а такая железная со специальными подставками для живых прутьев. Здоровая сволочь – метро 10, а то и все 15. Как он туда залез, а главное – зачем? Ответа нет до сих пор.

С той поры в театр мы несколько лет ходить перестали. Опасное это дело – культура. А потом забыли и простили, а Театр нас, похоже, не простил. И до сих вот так гадит по мелочам. Приходится ходить в кино да на концерты. 
  • Current Music
    Meat Loaf - Midnight At The Lost And Found
  • Tags