nikolaitsch (nikolaitsch) wrote,
nikolaitsch
nikolaitsch

Category:

Часть IV: Animal House

Часть I: Coming to America
Часть II: Red Dawn
Часть III: Barfly

Через две недели после приезда нас, как и было предсказано, переселили в новое общежитие Tinsley Hall. Аннушке Слободчикофф пришла в голову светлая мысль – селить нас не друг с другом, а с иностранцами (в основном американцами), чтобы мы сильнее погрузились в культуру и ближе познакомились с обычаями аборигенов. Мы сильно не сопротивлялись, но пути-дорожки разошлись. Кому достался крупный жемчуг, а кому и жидкие щи.


Леху поселили с Йеном Дэвидсоном. Йен был здоровенный голубоглазый 20-летний блондин. Он сразу всем внушал чувство симпатии, и мы с ним быстро и крепко подружились. Курить он уже умел, поэтому научили пить. И во время одного из уроков выяснили страшную вещь – Йен был девственником. Last American Virgin. Эта мысль просто не укладывалась в голове, ворочаясь там и громко сопя. Чувак, которому мы внешне в подметки не годились, который по всем здравым прикидкам, уже должен был выйти на вторую сотню, еще только мечтал и грезил. С присущим нам пылом взялись исправлять ситуацию. Поскольку мы тут сами мало кого знали, а те, кого знали, на роль сексуальных партнеров, подходили не очень. По причине, что столько не выпить. Помог знакомый японец – Токаши. Он подогнал пару весьма симпатичных соотечественниц, с которым мы Йена и познакомили. В следующие выходные мы отъезжали в индейскую резервацию с целью знакомстава с туземными формами жизни, перед чем заставили Йена назначить свидание, накидали ему короткий список актуальных советов, построенных по принципу старого доброго Бейсика «IF… NOT, IF… THEN», взяли с него честное бойскаутское и с легкой душой отчалили. Вернувшись спутся пару дней, мы всей толпой, не снимая мокасин, плащ-палаток и со скальпами на шеях, распугивая нервных соседей, кинулись узнавать, как там дела. Все было напрсано. Йен, следуя нашим заветам, абсолютно верно разыграл дебют, который включал выезд в сосновый лес на пикник, одеяло на мягкой траве, романтический разговор на пиджин-инглишь. И в самый интересный момент, который наступил сразу после окончания списка советов, потому что дальше и так все ясно, Йен обнаружил, что у его первой любви нулевой размер. Т.е. это позже понял, что размер нулевой, а тогда у него была первая и едниственная мысль – Наебали, демоны! Трансексуала подсунули! И дальше было строго полшестого. Вот он жуткий оскал политкорректности и тяжелое наследие Сексуальной революции. Насрали человеку в голову, чуть всю жизнь не поломав. Дальше его воспитывать у нас времени не было, потому мы до отъезда просто постарались вернуть человеку уверенность в себе, что вполне получилось. По агентурным сведениям, после нашего убытия back in USSR, Йена стали постоянно видеть в разных барах в компании горячих девушек.

Соседа Стаса звали Киндзи, и был он японцем. Сериал «Герои» видели? Вылитый Хиро Накамура! Т.е. абсолютно одно лицо, я три первые серии был уверен, что Киндзи хорошо сохранился и подался в артисты. Честно. Даже на IMDB специально проверял. Родители Киндзи были большими шишками в японском буддизме. Поэтому его комната в 20 квдратов вмешала следующие его вещи: переносной магнитофон, стационрарный музыкальнй центр, телевизор, видеомагнитофон, компьютер, холодильник, пылесос, принтер и настоящий Фендер Стратокастер с усилителем колонкой! Спал Киндзи ночью и несколько раз днем, а просыпаясь сразу, не продрав глаза и не умывшись, начинал наяривать аккорды, походя в эти моменты на ускоглазого клона Оззи.

Натянул на "Fender" струны,
Медиатор в руку взял,
Ебанул стакан портвейна
И тихонько заиграл

Вообще выяснилась интересная штука – самыми близкими по духу для нас людьми оказались именно японцы. Они с полуслова понимали наши шутки, с пол-оборота подписывались на разные безобразия. Если бы чуть пошире глаза и чуть покрепче печень – чистые русские. Мы им прямо там на месте чуть не подарили по Курильскому острову, один – Киндзи, один – Токаши.

Моего же соседа звали Райен. На первый да и на второй взгялд тот оказался пухлым гладким негром среднего роста. Аккуартно одет, коротко подстрижен, в очках. Приличный молодой человек. Мы познакомились, поговорили о том о сем, разошлись в целом другом другом довольные, но меня не покидало странное сосущее чувство, что я что-то упустил. Что-то важное. Дождавшись пока останусь один, более внимательно изучил гаредороб – тот полностью состял из шелковых рубашек настолько веселеньких расцветок, что Ивановский ситец грустно сосет. Перешел к книгам на полке. Вот тут-то все и раскрылось. Книги имели строго игрывые названия и нехорошие аннотации Best Gay novel of the Year, Best Gay Stories, и т.п. Мой сфинктер жалобно сжался от нехороших предчувствий. Я не являюсь ярым гомофобом, но перспектива жить в одной комнате с ***-ом в хорошем смысле напрягла. Скажу сразу - ничего не было! Ни домоганий, ни даже намеков. Но на всякий случай

Два с пловиной месяца я спал только на спине!

А при просмотре фильма «Спасение рядового Райена» болел за фашистов.

Это, что касается соседей. Но вокруг нас быстро организовалось целое ядро единомышленников, объединенных общим оптимизмом. Помимо выше упомянутых (кроме Райена) в наш круг вошли японец Токаши, грек Понайотис (имя которого мы долго не могли выучить и потому ласково звали его Понтиакисом – грек не обижался, а только улыбался в усы), американки Эрика и Дебора, американец Джон, а также пакистанец, имя которого я сейчас уже подзабыл. Мы все вместе устраивали забеги в ширину и погружали благополучный Флагстафф в пучины разврата. Купались по ночам голые, маршировали с песнями по кампусу. Все как обычно. Радовало то, что по дефолту нас принимали за немцев, поэтому стыл и позор, если что, доставались на долю Германии. Ибо нефиг. Занимались мы этим преимущественно по пятницам (в другие дни тоже, но тяпница – это святое), и в связи с этим произошел любопытный случай.

В одну из пятниц мы отлучились на денек, и наши друзья нашил себя в непростой ситуации – у них, как у собачек Павлова, уже выработался условный рефлекс – в пятницу положено бухать. Слюна выделяется, а русских, которые брали на себя организационную сторону вопроса, рядом нет. Тогда они втроем (Йен, Токаши и Джон) скинулись и купили три бутылки по 0.7. Оптимисты. Сперва даже радовались собственной крутизне, но где-то к полуночи началось. Краткая предыстория. У папы Токаши была своя школа карате, и Токаши занимался этим делом с раннего детства. Джон с не менее раннего детства занимался кун-фу, а в тот момент подрабатывал спасателем, был крепким парнем, раза в полтора крупнее Токаши. И, как и положено пьяным людям, где-то они чего-то не сошлись во взглядах. Джон сказал что-то неприятное про японцев, что они воруют чужие технологии, а сами ничего путного изобрести не могут. Токаши возразил в том смысле, что раз тупые американцы сами не умеют ничего со своими технологиями делать в виду кривизны рук и лени, то грех умным японцам не воспользоваться. Слово за слово, хуем по столу. По рассказам Йена – было реально круто. Токаши выдавал серии ударов, что твой Брюс Ли, а Джон в основном защищался, но не менее умело. По комнате летали мебель и мелкая утварь. В общем, классика жанра. Return of the Dragon. Ты меня уважаешь? И в рыло, в рыло!!! Самцы…

Собственно, а мы тогда где были? А… Мы в индейскую резервацию ездили. Или в Лос-Анджелес? Но об этом в другой раз.


Tags: США
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments