October 1st, 2014

(no subject)

Интересно - герой Кристофа Вальца в фильме «Джанго освобожденный» освободил этого самого Джанго сперва де-факто из цепей, а потом и де-юре. Дал ему одежду, работу, свободу. Делился всем поровну. Как с братом. Поперся к черту на кулички выручить жену Джанго, за что сперва заплатил большими деньгами, а затем и своей жизнью. Честнейший и благороднейший человек, не каждому из нас везет в жизни хотя бы мимоходом встретить такого человека. В конце фильма Джанго находит его труп, ваяющийся в углу какого-то хлева. На полу, в грязи и дерьме. Что делает Джанго? Достает из кармана вольную на свою жену и, послав воздушный поцелуй, уезжает по своим делам. Не сделав даже попытки похоронить по-человечески. Отблагодарил благодетеля от всей души.

А вот когда герой Иствуда в «Непрощенном» попал в схожую ситуацию, он своего друга хоть сам похоронить не смог, попросил об этом местных жителей. Настоятельно. Пообещал, что в противном случае вернется и прикончит их всех, сукиных детей таких. Вот в этом главное отличие между плохим Уильямом Мунни и хорошим Джанго.