February 17th, 2011

Кто о чем, а я о баньке

Чето все бурлит во мне педагогическое говно. Отрыжка высшего образования. Бывает. Зацепит вот так какая-то тема и пошел на неделю сраться по форумам и блогам, пропав для жены и сослуживцев – телом вроде здесь, а умом там, в атаке, в жарких спорах, мысленно жестикулируя аргументами, и только губы шевелятся матерно. Плюс опять же болит душа-то педагогическая за детишек малых во всем мире. В общем, маленько посмотрел, как обстоят дела с образованием в Соединенных Штатах, где собственно и придумали ту «школу компетенций», которую враги народа теперь пытаются внедрить у нас. А значит, американский опыт надо начинать изучать уже сейчас – он наше будущее. Светлое, как ядерный взрыв.

Как вы знаете, в Штатах есть обычные школы и High, вторые – это по сути выделенные старшие классы. Типа с 9 по 11. Чтобы большие лоботрясы маленьких толстолобиков не обижали, не учили дурному: материться, сексу, наркотикам и прочей рэп-музыке.

А еще школы делятся на публичные (общественные) и частные. Частные менее интересны, потому что за деньги любой дурак выучится, а за казенный счет нужны умения и везение. Поэтому я буду говорить за общественные.

Так вот. В США более 2 тысяч старших школ, где процент не окончивших (т.е. просто переставших ходить) 40 и более (два из пяти). Т.е. общественные школы, где таковых меньше 40% (всего лишь треть, например) считаются довольно благополучными, и их даже никто не считает.
Средний тест на чтение и понимание прочитанного по стране благополучно прошли 35% восьмиклассников. По математике меньше. В столице ихней родине Вашингтоне вообще -12%.

Вот эти в больших количествах беглецы высшей школы – вторая волна. Первая случается в районе 11-12 лет. Ребенок, который в 10 был твердым хорошистом, спустя два года оказывается крепким двоечником. Что в принципе подтверждают и мои наблюдения. Там сходятся сразу несколько факторов. Ну, во-первых, гормоны начинают играть, прежние авторитеты (и взрослые вообще) теряют авторитет. Исчезает управляемость. Во-вторых, ребятенок оглядывается на окружающий мир, и часто видит, что шансов выбиться в люди у него хоть с образованием хоть без образования нету. Либо колледж и надежда на свет в конце туннеля, либо почетная индустрия быстрого питания на остаток жизни. Более того реальные пацаны и мужики рядом добились в жизни изрядно и без образования. Ну в тюрьме конечно посидели. Как без этого. Но хорошо прикинуты, с голдами на шеях и на тюнингованных тачках. Во многих городских районах отсидевших в разы больше чем закончивших колледж.

Зато обнаружилась интересная пикантность. Как-то так принято думать, что школа зависит от окружения. Плохой район – плохая школа, полная наркоманов, хулиганов и других недобитых пролетариев. Хороший – наоборот: очкарики, еврейские скрипачи и золотая молодежь, на воспитание и даже зачатие которых и пошло спиженное 20 лет назад золото партии. Но ведь связь работает и в обратную сторону – от яйца к курице. Плохая школа означает, что вокруг нее скапливается много либо вообще недоучек, либо говноподростков. Такая школа отбивает у них на всю последующую жизнь желание учиться, работать, не ссать в мусоропровод. Не обеспечивает ни знаниями, ни кружками, ничем. В общем если исправить школу, то (пусть и не скоро) окружение к ней подтянется.

Хороших публичных школ мало. На одно место в такой школе могут претендовать от 5 до 20 и более учеников. В Штатах данный вопрос решен по чесноку – проводят лотереи. Причем жестко, обычно с барабаном Спортлото, в присутствии всех кандидатом (мальчишек и девчонок, а также их родителей).

Все ведь знают, какие школы хорошие, а какие нуихнах. И готовы ездить через полгорода каждый божий день и отвозить детей. Только бы выросло что-нибудь, которое если не подаст стакан, то хоть не продаст его за дозу. Причем, в лучших школах активно пользуют мой лозунг «нагрузки много не бывает»: легко вводят дополнительные часы, учебу по субботам, сокращение летних каникул до неприличного размера. Зато есть такие общественные школы, где более 90 процентов выпускников поступают в колледж.

И дело тут, как понятно любому нормальному человеку, не в вопросах ЕГЭ, не в стандартах образования, а, как это было всегда, в учителях.

Каждый президент, начиная еще с Эйзенхауэра, объявлял образование приоритетом своей политики. А последние – Клинтон, Буш, Обама так и особенно. Мамой клялись (Буш – папой), землю жрали. Проводили широкое обсуждение реформ, деньги выделяли, тестирование устраивали на каждом этапе. И все это исключительно демократическим путем, а не как у нас. А результаты схожие…
Но есть одна вещь, которая сильно отличает их школы от наших. Пожизненный учительский контракт. Он с одной стороны здорово защищает педагога, что бы и нам не помешало. С другой делает почти невозможной реформу школы. Щас расскажу.

Пожизненный контракт (tenure) школа позаимствовала у университетов. Но университетскому профессору, чтобы такое получить, надо много лет пятую точку рвать на звездно-волосатый. А учитель в школе получает его автоматом после двух лет.

По этому контракту невозможно уволить. То есть совсем. В одной школе директор снял своих подчиненных на скрытую камеру. Обнаружил много интересного. Педагог со звонком заходил в класс, садился за стол и весь урок читал газету. И таких было не один, а дофига! Ученики занимались, чем попало. Учителей уволили, суд их восстановил с выплатой компенсации. Так до сих и пор и сеют разумное, доброе и особенно вечное. С очень большим трудом (например, за опоздания и прогулы или сексуальные домогательство) в Нью-Йорке можно отправить учителя в специальный центр «переподготовки». Туда особо ловкие директора могу закрыть своих подчиненных на срок до трех лет. Более 600 учителей-вредителей сидят там по семь часов, нихрена не делая, с ПОЛНЫМ СОХРАНЕНИЕМ ЗАРПЛАТЫ.

Чтобы совсем уволить такого макаренку надо пройти через специальную процедуру из 23 шагов, нескольких комиссий, заседаний, тестов и пр. Причем одна ошибка, один пропущенный срок и все. В следующем году начинай сначала. Официально уволенных учителей 1 на 2500 (у врачей или адвокатов отзыв лицензии примерно 1:100).

А знаете почему? Учительские профсоюзы - самый крупный из общественных организаций спонсор выборных кампаний на всех уровнях, от президентской до местных советов.

В том же Вашингтоне решили провести реформу-эксперимент. Учителя там получают в год примерно 52 тысячи. Им сказали, вот вы жаловались, и мы слышим вас. Давайте так: пожизненный контракт нафиг, зарплата увеличивается до 100 тысяч с лишним долларов (т.е. более чем в два раза), но становится привязана к результатам работы. Инициативу зарубили еще на подходах, даже не пустили к голосованию.