?

Log in

No account? Create an account

Май, 20, 2010

А мы крепчаем!

Самое медитативное занятие, которое я знаю, - это чистка картошки. В процессе этом я, с одной стороны, максимально собран, потому что острый ножик и все такое, с другой – абсолютно расслаблен, ибо мозг пуст от связанных мыслей и скользит лениво по поверхности глубин мироздания. Во время последней чистки меня посетило откровение.

Дело в то, что чистить картошку я не люблю. Я много чего не люблю, собственно почти все, связанное с работой в любых ее проявлениях, а чистить картошку – особенно. Но! В этой самой чистке я достиг просто небывалых профессиональных высот. Сидел я, глядел на собственные руки, которые практически безо всякого моего участия очень ловкими скупыми движениями снимали кожуру, и дивился. Подивившись пару минут, понял, что наибольшей эффективности мы достигаем именно в занятиях, нами не любимых.

Возьмем ту же картошку. Если кто думает, что самое нудное – это ее чистить, тот ее никогда не полол и не окучивал. Эти два занятия в моем рейтинге ненависти прочно занимают почетное первое место, заметно оторвавшись даже от визитов к стоматологу. Это детская травма, от которой я до сих пор, спустя полтора относительно мирных десятилетия, так и не оправился.

Жара, пыль, солнцепек, комары, пот, тяжелая тяпка, мозоли на руках, в которых мой кровь смешана с кровью раздавленных комаров. Ты уже еле стоишь на ногах, а ряды проклятых кустиков напоминают татаро-монгольскую орду Чингисхана – где место одного убитого тут же занимают два живых. Солнце садится и снова встает, а проклятые 10 соток длятся как Столетняя война. Но при том! Остро отточенная тяпка летает что твой самурайский меч. Никаких китайско-ушуистских рукомашеств и дрыгоножеств. Любой враг располовинивается в два удара. Работе ногами позавидовал бы сам Майк Тайсон. Робот на сборочном конвеере рядом смотрелся бы как эпилептик. Дыхание ровное, глубокое, размеренное. Пропущенные сорняки выжигаются плещущей из глаз ненавистью.

Почему так? Я вижу две причины.

Во-первых, неприятное занятие хочется как можно быстрее закончить. По прямой из пункта А в пункт Б, часть пути срезав через подпространство, и оставив далеко в арьергарде дохлые фотоны света с их жалкими 300 тыс км в сек. Пространство и время загадочно изгибаются, пожирая друг друга. Двухчасовой фильм, если для развлечения, можно смотреть четыре часа, выходя покурить, налить кофе, проверить почту и даже полчасика покемарив. Если тот же фильм ты смотришь по работе, это занимает час. Побелевший от напряжения большой палец не отпускает кнопку перемотки, мозг с адской скоростью связывает логические концы, анализирует, заполняет лакуны, одновременно сочиняя текст для рецензии. В общем, любое неприятное занятие до крайности автоматизируется, а эффективность прет в рост как сорняки на картошке.

Во-вторых, неприятную работу мы чаше всего вынуждены делать по принуждению. А значит, где-то есть контролер, которому надо сдавать или который может проверить и заставить переделывать. Вероятность переделки нужно свести к нулю, соответственно и работы должны выполнять сразу с таким качеством, чтобы кайдзенные японцы завистливо плакали. Ибо хуже выполнения неприятной работы может быть только ее повторное выполнение. Тут скорбь, мор и несчастья возводятся в квадрат, а перегруженные нервные окончания отрываются от мозга с звуком лопнувшей гитарной струны.

Как-то так… Картошка готова, пошел обедать.

Метки: